Castle and Lightning:\Legends> Names

Сальвеблюз

Имдан и смысл жизни [былина]

Давно ли это было, недавно ли, неведомо. Знамо только, что старый мудрый Морденкайнен не родился ещё...

Жил-был на свете Имдан-богатырь, сын Кардома Лесоруба, много подвигов совершил, много добра в мир принес и много зла вынес. И повстречался ему как-то Лотедривудд большой да страшный, и победил его Имдан, и наставил на пусть славный. Сжег он тёмные алтари да и увел от них Лотедривудда, и решил повести его куда-нибудь к людям умным, много знающим. Шли они так шли, по травке да по камушкам, по горам да по речкам, и встал на их пути монастырь большой да правильный, стены высокие, ворота широкие, иноки смирные, настоятели жирные. И спросил Имдан у главного тамошнего настоятеля, кто он такой, да что у него есть, да как примет он путников усталых. А тот ему и отвечает складно: есть у меня, говорит, пара нарядов для старых обрядов, да символ священный, единственно не бренный, для спасения ценный, против нечисти отменный. И переночевать им предложил, хлебом-чаем угостил, в озере всю грязь отмыл.

Долго ли они гостили, коротко ли - не знамо нам. Только известно, что Лотедривудд так там и остался, уму-разуму у иноков мудрых учиться, а Имдан пошел по свету смысл жизни своей искать. Сорок уже лет, говорит, мне, и три года, а всё никак занятия себе не найду по плечу, лес мне рубить душа не лежит, как брата вспомню, а больше я ничего не умею. И ушел.

Идет Имдан по дороге, смотрит на свои грязные ноги. И догоняет его пилигрим старый, в мешок одетый, веревкой подпоясаный. Поздоровался он вежливо, а Имдан у него и спроси: а у тебя что есть, старче, в чем смысл жизни твоей? А тот ему и отвечает складно: смысл, говорит, мой, это пара сапог для мозолистых ног, да пара дорог, чтобы выбрать мог. Есть у меня, говорит, в жизни четкая цель: святое место какое посетить. А как посетишь, чего? - не унимается Имдан. А тогда новую цель ищу, новое место. Мест много, я один, как все посещу, так, глядишь, и жизнь пройдет. Нет, говорит ему Имдан, нельзя так! Всю жизнь свою ты потратишь на хождение, да ничего себе и не оставишь. А ты, говорит, пойди со мной, я тебе всё и покажу.

И пошли они вместе, и дошли до школы священной, в которой умный учитель всех учил, кто хотел его слушать. Ну, Имдан к нему со своим вопросом, а тот ему и отвечает складно: есть у меня, говорит, полсотни историй, десяток теорий, тыща законов и мудрость драконов. Тут Имдан и зауважал учителя, понял, что умный тот больно, бороду отрастил - ажно очи застил и мудрым стал, как брат Имдана Хридал. А тут к ним ещё один путник подошел и спрашивает у учителя:

- А что, - говорит, - в далеких странах действительно драконы живут?

- Истинно так, - отвечает ему учитель, - читал я про них.

- А правда, что далеко на юге весь год не утихают вьюги?

- Истинно так, - опять говорит ему учитель, - и про это я читал.

- А правда ли, что если всю ночь на стоге сена сидеть, к утру хвост вырастет?

- Истинно так, - начал было учитель, да осекся. - А не дурацкий ли вопрос ты мне задаешь, о глупый странник?

- Что для тебя глупо, то для кого-то - смысл жизни. - Тут Имдан ещё сильнее прислушиваться стал. - Ответь на мой вопрос, будь добр, может, я полмира прошагал, лишь бы спросить тебя.

- Того, - говорит учитель, - не знаю, о чем спрашиваешь, не пробовал никогда, так что и учить не могу.

- А на юге ты бывал? С драконами беседовал?

- Нет, не бывал, но читал книги громадные.

- Так как же ты, - говорит, - такой-сякой, народ учишь, чего не знаешь? А вдруг у тебя книги вздорные, неправильные вдруг?

И стали люди потихоньку отходить от учителя того, потому что поняли, что немудрый он человек, раз его такой грязный странник смутить сумел. И понял тот, что надо дело в свои руки брать, и велел выгнать того.

- О, оставьте меня, я больше не посмею невольно оскорбить великого учителя! Я прошел полмира, чтобы поговорить с ним! - закричал странник, и его отпустили. - Скажи мне, о сова мирового леса правды, мудр ли я?

- Нет, - радостно ответил ему учитель. - Ты глуп, и тебе надо учиться у мудрецов.

- А могу ли я сам достичь мудрости?

- Нет, не можешь, ибо ты глуп.

- А поведай мне, о черепаха мирового океана справедливости, мудр ли ты сам?

- Если я скажу, что да, ты поймешь, что это не так, а если я скажу, что нет, то это будет неправдой, - быстро проговорил тот заученную фразу.

- Дозволь же мне заключить, что ты мудр, о павлин мирового сада законности. - Учитель с достоинством дозволил. - Но как же ты мог сам по себе стать мудрым, если ты ничего не видел и сидишь в этом дворе всю свою жизнь? Ты споришь с моей теорией просветления и сам пытаешься выдать себя за просветленного. Где же логичность твоя? - Тут Имдан тоже увидел, что учитель не так уж мудр. Тот вскочил на ноги и стал кричать на странника грязные слова, не отвечая на его вопросы.

- Да что значат твои теории и законы по сравнению с вечной мудростью просветленного! - Кричал странник, которого оттесняли дальше и дальше. - Я верно сделал, что назвал тебя павлином, ты тщеславен и толст, я верно назвал тебя совой, ты также тупо повторяешь одно и то же и глядишь во все стороны, я справедливо подметил твоё сходство с черепахой, ведь ты также прячешься в каркас своей теории!

Странника перекинули через забор, и Имдан также поспешил покинуть это место. Догнал он странника, и задал ему свой вопрос. А тот ему и отвечает складно: пара связок умных сказок, пара обетов да сотня советов. Приглянулась мне, говорит ему Имдан, твоя прямота, дай мне совет: как быть, что делать, чем заняться? Ты на правильном пути, ответил ему странник, походи по свету ещё немного, позадавай всем свой вопрос, да и поймешь сам, что тебе делать. И ушел.

Пошел Имдан дальше, шел-шел, шел-шел, и увидел сидящего у дороги нищего. Только приготовился ему вопрос задать, а тот ему: "Дай монетку!". Ну, Имдан не из тех, кого обхитрить можно, он-то вопрос все-равно задал, да вот нищий только не собирался отвечать без монетки. Порылся Имдан в карманах, выудил оттуда потертый медяк, и тот, его радостно рассматривая, и ответил ему складно: пара горстей старый костей, да пара мешков битых горшков. И опять: дай монетку! А первую монетку уже куда-то спрятал. Ещё надавал ему Имдан монеток, и стал слушать о жизни его невеселой. И загрустил Имдан не на шутку, потому как всякую надежду в жизни этот нищий потерял, и кем он был, не помнил, и имя своё забыл, и вообще слова "завтра" и "вчера" начисто от себя оторвал. "Неужели и вправду всё так плохо и надежды нет?" - спросил он у нищего, не веря. "Дай монетку" - тот ответил, а у Имдана все монетки уже кончились, и огорченный, свернул он с дороги и ушел в лес.

И спустилась ночь, а Имдан все идет по лесу, темно стало, стал он спотыкаться впотьмах, тогда сел он на пень трухлявый и загрустил пуще прежнего. И обступили его в темноте волки, и стали своими жадными глазами на него смотреть да острыми клыками щелкать. Не видит их Имдан, в сумке его моргенштерн, не лежит топор в руке, дрожит он сам, как вода в реке. Съедят его волки, и заплачет семья лесорубов по второму сыну, и смахнет скупую некроманческую слезу Лотедривудд, и устало вздохнет, прослышав о том, Явайн, а волки назавтра опять проголодаются.

То не птица ночная закричала, то речь человеческая послышалась, то не ветром волков всех позорных унесло, то они сапожищем по грязным мордам получить забоялись, то не солнце встало, то вышел к Имдану лесник с факелом. "Не сиди тут ночью, добрый человек, не корми зверей моих, пойдем лучше ко мне, дам тебе пару пучков сушеных сморчков, да вместо докторов стаю комаров," - сказал он ему складно, и повел к себе в домик. "Зачем это все? В чем смысл, если нет надежды?" - не унимался Имдан. "Эх, не то ты что-то сказал, не подумал, видать, надежда - она всегда есть". Накормил он Имдана, напоил, отогрел да спать на печку положил.

Проснулся Имдан утром, солнце уже высоко, слышит, как во дворе кто-то дрова рубит. Вышел во двор - а там дедок старенький с бородой нечесаной, спина не разгибается, а глаза улыбаются.

- Ну, доброе утро вам, проснумшись. Рассказывай, мил человек, чего тебя в лес к вечеру занесло и чего ты зверей моих кормить захотел?

- Утро доброе, дедушка лесник. Имданом меня зовут, лесоруб я, да вот по свету брожу, смысл жизни ищу. Понял я, что в жизни цель должна быть, что без цели нельзя, не одна - так другая, но зачем это все, если нет надежды? Завтра умрем мы, и ничего не останется: ни целей, ни келий.

- Не бывает такого, чтобы совсем ничего не осталось. Если мудро жить, то и цель не нужна - все и так будет сыто да правильно. Ты на завтра много сделать не обещай, Имдал лесоруб, ты сегодня дела мудро делай.

Подумал Имдан, и обрадовался. Давай, говорит, я тебе дрова поколю, а потом обратно пойду смысл искать. И достал топор свой верный и расколол леснику все дрова нафиг.

Пошел он по тропинке, собирая пылинки, вышел из леса на дорогу, миновав медвежью берлогу, и, поднимая от ветра ворот, пришел в большой-большой город. Только зашел, огляделся, видит, лежит кто-то под забором. Подошел к нему добрый Имдан, поднял, отряхнул, а тот опять падает, пришлось Имдану его разбудить. Тот сначала не понимал, где он, всё какую-то бутылку искал, а потом окончательно проснулся, обрадовался Имдану и его к себе домой пригласил. Позавтракали они, и Имдан опять со своим вопросом заветным пристаёт, хозяину вторую кружку допить не даёт. А тот ему и отвечает складно, разводя руками: пара коробок бутылок да пробок, пара карет да груда монет. Нет, говорит Имдан, неправильно это, знал я, говорит, одного нищего, так с ним и говорить нельзя было, всё монетки просил, а ты тоже хорош - на груде монет сидишь, а у самого в душе одни пробки да бутылки. Мудро надо жить, мне так один человек хороший сказал, а ты...

Обиделся хозяин, так обиделся, что ещё кружку выпил. А я, говорит, чего, ик!, не мудро разве живу? Вон родитель мой сколько работал, всё пахал да воровал, так что ж мне теперь, его наследство по ветру пустить? Нет, лучше уж я его мудро всё и растрачу, пока не помер. Вон - на детей посмотри, разве они не мудро живут, ик!? Ни о чём не пекутся, пьют да едят, думать не хотят.

Тут пришли к нему гости, один другого противнее, и ушел оттуда Имдан, за завтрак поблагодарив. Пошел Имдан на берег моря, и увидел большой порт: корабли большие да длинные, на них товары дорогие да старинные. Сидел он, смотрел на это всё, и заметил рыбака, что мимо него шел грустный, и к нему со своим вопросом пристал. А тот ему и отвечает складно: есть у меня пара сетей для прокорма детей, а в ухи горшок нужен рыбы мешок. И ушел рыбу удить, а Имдан опять про детей вспомнил и огорчился. Стал он камешки в воду задумчиво кидать, да по сторонам смотреть. И увидел, что недалеко от него сидит на песке мальчишка лет восьми и чем-то увлеченно занимается. Подошел к нему Имдан, сделав вид, что камешки выбирает, чтобы в воду бросить, и, подсмотрев одним глазком, увидел перед тем не лужу с песком, а пару страниц рисунков бойниц, да пару листов проектов мостов. А тот его заметил и давай рассказывать, что у него к чему. Сильно обрадовался Имдан, что неправ был его богатый знакомый, и от радости такой камень в воду кинул, что корабли в порту закачались, как в самый сильный шторм. Стал на него рыбак кричать, но Имдан такой добрый стал, что помог ему всю рыбу поймать и до дома донести, благо что дом недалеко был, а рыбой всё равно весь берег завален был.

Заметил тут Имдан, что мимо него по берегу бежит беглый монах со страхом в глазах, в зрелых годах, в драных штанах. Показался тот ему знакомым, он его и окликни. А монах ему и говорит: не хочу, мол, с тобой здороваться, ты в мой монастырь беду привел страшную. Не помню, отвечает ему Имдан, чтобы я по монастырям беды водил, в одном монастыре только был, да и то только знакомого одного им привел и никого больше не приводил. Тут монах стал ему рассказывать, как Лотедривудд опять за старое взялся, и старого настоятеля извёл, монахов хитрыми речами на путь зла столкнул и теперь зовёт себя Лотедривуддом Непобедимым Зверем. Рассердился Имдан, и решил, что путь его закончен, что хватит без дела по миру бродить, встал он в полный рост, расправил плечи, аж кости захрустели, попрощался с рыбаком, достал моргенштерн свой верный и топорик отчий, и пошел с монахом. Спросил он у ребенка, как зовут его, и тот сказал: Эраннон. Чувствовал Имдан, что ещё встретятся они, и не обманула его интуиция лесоруба, но это уже совсем другая история, а мы ещё с этой не закончили.

Долго ли они шли, коротко ли, да только через неделю пришел Имдан под стены монастыря, и показал ему монах, что ворота закрыты на замок, а на башнях вместо факелов черепа. Стал Имдан бить ворота - щепки летят, а толку мало - зачарованные были те ворота. Тогда сломал он стену рядом с ними и, зашед внутрь, поснимал черепа с башен. Только слез Имдан, как накинулись на него собаки бешеные, огнём плюющиеся больно, и начала на нём одежда гореть больно, и не знаю, что было бы, кабы монах в зрелых годах не сбегал бы к реке и не облил бы его водою из котелка. Обрадовался мокрый Имдан, и поотрубал им гадкие огнедышащие морды. Внезапно пошел сильный дождь, заволокло небо тучами, и стали бить в Имдана молнии, и быстро-быстро пришлось ему, прыгая из стороны в сторону, забежать в какое-то здание. Вдруг сгустился вокруг него туман, а потом превратился в человека неправильного со взглядом злым да страшным. Выхватил он у Имдана из-за пояса его топор, и так двинул его рукой когтистой, что покатился тот далеко-далеко. Только поднялся Имдан на ноги, только моргенштерном верным замахнулся, опять сбит был с ног и выронил его. Тогда схватил он злодея одной рукой, а другой стал бить, и долго бились они, долго катались по измятой траве, пока не укатились в реку, из которой монах котелком воду набирал. Одолел там Имдан чудище неправильное со взглядом злым да страшным, и только на берег вышел, ему его монах знакомый протягивает обратно топор его отчий и моргенштерн верный.

Стал Имдан биться с другими монахами, на путь зла ступившими, в услужение Зверю поступившими, долго бился, но победил всех. Тогда вышел ему навстречу сам Лотедривудд и говорит:

- Ты меня на этот раз не победишь, гнусный богатырь! Много силы накопил я, Непобедимым Зверем теперь зовусь, и сейчас тебе покажу, кто из наз сильнее.

- Пусть ты и сильнее, - честно ответил ему Имдан, - но ты не прав, и не победишь. - И швырнул в него большим утёсом, тот только увернуться успел. Взлетел Лотедривудд Непобедимый Зверь выше башен, велел дождю закончиться, и развеялись облака, и снова увидел Имдан солнце. И вышел из лесу великан страшный, как дракон ревущий, кулаком с корову размером по земле бьющий. Хотел было Имдан начать с ним битву и погибнуть, как герой, раздавленый горой, но монах ему лучше посоветовал: подвел он Имдана к дровам, что во дворе монастыря сложены были, и велел кидать бревно за бревном в великана. Закидали его, что и не видно стало, правда, дров не хватило и пришлось на бревна хижины да кельи разобрать.

Спустился тогда с небес сам Лотедривудд на чёрном скакуне, с лэнсом на ремне, с криком "мощь во мне", и стал разгоняться Имдана заколоть. Но отошел Имдан в сторону, и промахнулся тот, и въехал прямо в гору дров (было много бранных слов), скакуну все ноги переломал, лэнсом в великане застрял, да и сам от злости дух испустил.

Ушли они с того места нехорошего, помог Имдан монаху заново монастырь построить, и много времени у него провел, но не окончился на том его длинный жизненный путь, и много ещё подвигов совершил он, пока не настало время последнего.


© Radaghast Kary 2003