Castle and Lightning:\ Legends>Names

Сальвеблюз

История Дома Тассадар

Давно, никто не может сказать точно, когда, где-то в середине Третьей Эпохи, недалеко от королевства Наритхад, из пустынь Одиноких Холмов вышли множество племён орков и огров. Безусловно, для людей это не оказалось неожиданностью... Первая встреча произошла, как всегда, быстро — орки желали боя и еды и напали на близлежащее селение — форт Дейн. И хотя нападающих было в десяток раз больше, чем защитников, дисциплина, доспехи и добротное руководство делали численный перевес ничтожным преимуществом. Но что-то пошло не так и форт пал буквально за несколько часов. Все население и гарнизон были съедены или уничтожены, выжить удалось только одному человеку по имени Цин Кай. Он-то и привёз извещение о грядущей беде и беде случившейся. Ещё он зачем-то привёз деревянный кинжал (позднее появилось выражение Привёз Цинов кинжал!, означающее приход настолько паршивых новостей, что сразу и не догадаешься, насколько они паршивы в самом деле). Прошло 2 дня. Известие дошло до ближайшего города, цитадели Карзон, столицы владений потомственного графа Гластина де Тиммаксо. Было решено принять решающий бой именно здесь, ведь до того, как добраться до цитадели, оркам придётся пройти через лес Чар и столкнуться с эльфами, а затем пройти мимо ревностно оберегаемых шахт дварфов. Возможно, думал граф Гластин, проблема опять решится сама собой и нелюди перебьют друг друга. На следующий день пришли слухи, что лес Чар обьят пламенем и эльфы вызывают свою армию из-за моря. Ещё через двое суток разведчики доложили, что лес погиб полностью и орки уже напали на шахты. Граф ждал, пытаясь сообразить, что это за орки такие, на одном дыхании выигравшие уже два боя, в которых не должны были иметь никаких шансов... Вероятно, подумал он, очень много орков-шаманов и огров-магов.

Тем временем в Карзоне усиливались стены, подвозился провиант, настраивались балисты и катапульты, словом, готовились к основательной осаде по всем правилам войны, а к графу пришло два новых известия от дварфов и эльфов с почти одинаковым содержанием: они (нелюди) доводили до сведения графа, что их армии собираются пройти через территорию графства с дозволения Гластина или без такового. Собственно де Тиммаксо это не удивило, скорее обрадовало — четыре сотни дварфских латников и дюжина сотен эльфов это немного меньше (по численности), чем гарнизон Карзона, но почти в десять раз меньше, чем орков. В любом случае, дополнительная помощь никогда не помешает. Поэтому наследный правитель дал своё согласие (а как отказать такой вежливой просьбе???). Дополнительные войска — вещь хорошая (особенно со своим провиантом), но их прибытие не решило проблему будущего наступления, которое не заставило себя ждать — на следующее утро разведчики не вернулись, зато вместо них подвалили (именно!) орки, собравшись недружной толпой. Получив приказ, расчёты балист, арбалетчики и снайперы эльфов открыли огонь... Кто-то в кого-то попал, кто-то нет, но спустя десять минут внезапно одна из балист разлетелась на куски,разметав солдат, потом ещё одна и ещё. Вскоре затрещали и стали лопаться арбалеты,выскакивали из скоб плечи катапульт... Гластин был в шоке. Но когда у него на глазах его родовой перстень стал блекнуть и тускнеть, он с ужасом понял,что металл стал обращаться в дерево. К его счастью, об этом быстрее догадались его солдаты и когда одеревеневшие скобы и цепи подъемного моста не выдержали, обрушив мост обратно, поджидающих с другой стороны орков уже встречала сооруженная на скорую руку барикада из телег, бревен, рыночных лотков, дверей...

В это же время главный маг города Фадрунфир, стоя на стене замка, величественно наставлял учеников. Hо, произнесши все необходимые слова для заклинания огненного шара, он обнаружил, что искомого эффекта нет, зато он сам, вместо того, чтобы стоять лицом к противнику в окружении учеников, парит невысоко в воздухе, обращенный лицом внутрь замка. Фадрунфир был опытным и серьезным магом, за всю свою жизнь ни разу не ошибившимся при сотворении заклинаний, поэтому случившееся весьма возмутило его. Он опустился рядом с потерявшими дар речи учениками и, так как орки подходили всё ближе, решил поразить их ядовитым облаком. Вместо этого по произнесению завершающего слова он мгновенно постарел лет на десять, приобрел неопрятную бороду и дрожь в руках и коленях. Тогда он проделал несколько дыхательных упражнений и послал волшебные снаряды в нескольких огров авангарда. То есть хотел послать, а вместо этого окружил себя стеной огня. Стараясь не обращать внимание на корчившихся в огне учеников, он призвал себе на помощь заклинание тушения огня, после чего превратился в крысу и вскоре задохнулся от дыма. Больше грамотных осадных магов в городе не было.

Завязался ближний бой,в котором впервые люди не имели преимущества в оружии и доспехах (от такого тотального одеревенения меньше других пострадали копейщики и лучники...), а священники то и дело уходили на стены останавливать бури, поднимаемые шаманами. Количество раненых и убитых росло просто на глазах и было понятно, что нужно предпринять что-то неожиданное и эффективное. Чтобы определить, что именно нужно сделать, собрались вместе граф Гластин де Тиммаксо (со стороны людей) в парадной деревянной кирасе, Торвин Сломанный Шлем — воевода дварфов в ажурной деревянной кольчуге и Калиостро Внимательный — генерал эльфов с длинной тонкой палкой на поясе. Ну и призадумались они крепко... Неизвестно, до чего бы они додумались, но к ним присоединился его превосходительство Гистав Мукхапенский (или Гистав Правдивый) — приор храма Кадмуса. Вот он и заявил, что у него было видение, что все беды от вещи с глазом василиска, которую держит при себе шаман недалеко от западных ворот и что если разрушить этот предмет, то вещи станут тем, чем должны быть, и зло уйдёт туда, откуда не должно было приходить. Также он сказал, что у этой вещи радиус действия очень ограничен и она должна быть не далее чем в двух сотнях шагов от стен. После сих слов Гистав вернулся к раненым, оставив воевод и дальше работать мозгами: кто сунется наружу без нормального оружия, доспехов и, похоже, без помощи магов. Тогда Калиостро и вспомнил о Альдоре Златовласом и его последователях (всего около 50 эльфов), которые были не только приличными врачами, но и серьёзными рукопашными бойцами, презирающими оружие. Калиостро знал,что подобное задание — дорога в один конец, но ответственность за других подчинённых взяла верх над тяжкими думами и он поставил перед Альдором задачу: найти и уничтожить вещь с глазом василиска. Тот вздохнул и той же ночью вместе со своими последователями спустились по стенам и напали на слегка обнаглевших и потерявших бдительность орков. Зная направление, где лежит вещь, Альдор направил все силы на прорыв, немало удивляя орков, когда одной рукой останавливал разгон дубины, а другой вспарывал брюхо врага. Атака была настолько неожиданной, тихой и быстрой, что шаман, у которого была та самая магическая вещь, даже не успел проснуться и умер, витая в сновиденьях. С хрустом наступив на пресловутую вещь и уничтожив её таким образом, Альдор дал команду об отступлении и это был единственный возглас со стороны эльфов за эту ночь — они умирали молча, не имея права криком разбудить всех врагов вокруг...

Через несколько минут оставшиеся в живых эльфы были подняты на стены, но некоторым даже их священники уже не могли помочь... Всего выжило восемь последователей и сам Альдор.

Металл тем временем постепенно становился тем, чем и должен был быть и восход солнца дварфы встретили, занося секиры на обескураженных врагов. Объединенные силы людей, дварфов и эльфов почти без потерь смяли и перерезали остатки орков и огров.

После победы Гластин, Торвин и Калиостро пришли в госпиталь к тем, кто дал им шанс победить и тогда Калиостро спросил:

— Что сказать нашим детям,когда они спросят нас, кто сегодня подарил нам жизнь?

Альдор обвёл взглядом своих выживших и с их молчаливого согласия ответил:

— Скажи им... Тассадары.


После своего формального создания, Дом Тассадар, тем не менее, не начал "существовать" как настоящий Дом — оставшиеся восемь последователей Альдора и он сам были подавлены кровавыми воспоминаниями той ночи, их сны наполнялись картинами боли друзей и родных, своей неспособностью им помочь, потому что у них была цель. Цель, которую нельзя не достигнуть, по пути к которой нельзя ошибиться. Это давило на Тассадаров, не давало им радоваться жизни и они, будучи эльфами, медленно умирали (а худшей смерти для эльфа трудно придумать). Возможно, через несколько лет многие и забыли бы о Тассадарах и о том, что они сделали, если бы Альдор не нашел способ вернуть смысл существования тем, кто доверился ему. Он понял, что отныне и навсегда Тассадары будут служить эльфийскому народу как смогут, а смочь они обязаны лучшим образом. Альдор считал, что у них нет права решать за всех эльфов, что им хорошо, а что нет, он просто решил, что служить эльфийской короне — это и есть то, для чего Арчибальд оставил им жизнь.

Мысли Альдора, рассказанные им другим Тассадарам с вдохновением и искренностью настоящего лидера, зажгли в сердцах уставших Тассадаров огонь новой жизни, дали путь, который их мог привести хоть куда-то... Но что могли сделать для своего народа те, кто остался без родных и друзей, те, кто не смогли остаться прежними и решились шагнуть в неизвестность? Альдор дал ответ — свое искусство, которое уже один раз помогло и возможно, пригодится потом. Конечно, это было не единственное, что умели выжившие, чьи имена знает каждый Тассадар: это Альдор, Артанис, Вирспел, Геллион, Йвас, Крис, Миллеан, Нийхаш, Хворанг.

С тех пор прошло много лет и Дом Тассадар развился и стал крепкой организацией, направляющей свои силы туда, куда укажет Корона. Неудивительно, что среди Тассадаров процветает идея самосовершенствования и развития, ведь так можно лучше выполнить то, ради чего Корона обращается за помощью к Тассадарам. Это стремление к самопознанию приводит к тому, что каждый из них, помимо обязательных воинских навыков развивает также все, на которые способен юный Тассадар: навыки скрытия и способности к волшебству. Как результат — среди них очень много мультиклассов. Не стоит думать, что Дом Тассадар — некое спартанское общество, — вовсе нет, просто его члены тратят больше времени на саморазвитие, чем любые другие эльфы, не теряя при этом своей гармонии с окружающим миром (какие же эльфы могут жить без песен и веселья?). Только лучшие из лучших Тассадаров могут быть достойны величайшей чести — задания от Короны, и можно не сомневаться, что задание будет выполнено этим Тассадаром или другим.

Как уже упоминалось, Тассадары — блестящие рукопашные бойцы, но почему они выбрали именно свои руки как оружие? Ответ лежит глубоко во времени. Ещё до того, как стать Тассадарами, группа врачей при армии Калиостро, вынужденные иметь хоть какое-то оружие, избрали собственное тело, поскольку, по их утверждению, лишь чувствуя как под твоей рукой ломается чья-то кость, можно почувствовать, какую боль причиняешь и, соответственно, понять, какую ответственность возлагает умение убивать. С тех пор любой Тассадар предпочитает дважды подумать, прежде чем пускать в ход кулаки.

Сейчас внутри Дома Тассадаров есть два основных течения: это врачи и дипломаты. Среди первых встречаются и парамедики (это искусство открыли именно Тассадары) и их можно увидеть практически в любой крупной армии эльфов (если те собирают армию). Врачи Тассадар редко стоят позади других, когда кто-нибудь нуждается в их помощи. Как правило, они не воинственны и больше полагаются на свои магические навыки, чем на боевые. Вторая группа, более многочисленная, — дипломаты, которые, как правило, выполняют роль собственно дипломатов и ассасинов, правда, во второй роли очень редко.

Если говорить об отношении Тассадаров с другими эльфами, то стоит сказать, что они всегда и везде стремятся помочь эльфам, попавшим в беду и, безусловно, будут атаковать любого, о ком известно, что он убил или поработил эльфа. Вероятно, атака не будет незамедлительной, а тщательно спланированной и рассчитанной подставкой или другой операцией. Все же, если такая месть препятствует выполнению задания, Тассадары предпочтут заняться главным, хотя никто не утверждает, что они забудут. ;) Так, имея целью узнать, о чем говорилось на совещании императора с главнокомандующим, агент не будет пытаться убить фаворита императрицы даже в том случае, если он запытал в лабораториях не одного эльфа — убийство вызовет много шума. А вот после выполнения основного задания...

Вообще, за своё существование, Тассадары сильно развили рукопашный бой как искусство войны и иногда монахи приходят обучаться к Тассадарам, если те, конечно, найдут монаха-претендента способным использовать полученное знание на достойные цели.


записано со слов Миллеана Варана Тассадара, беседующего с Хаэллином Другом Энтов, впоследствии им же продолжено и прояснено